Бой у полуострова Гангут (Ханко)

Корабельный отряд русского флота под командованием шаутбенахта Петра Михайлова (Петр I) сопровождал галеры до Березовых островов, а затем отправился в Ревель, где должно было состояться рандеву с новыми кораблями Балтийского флота (пять линейных кораблей были куплены за границей, два перешли из Соломбальской верфи (Архангельск)). Галерный флот, между тем, прибыл в Гельсингфорс, где ремонтировался и выгружал на берег доставленные грузы. Только 21 июня галеры продолжили свой путь.

24 июня корабли Ф. М. Апраксина прибыли в бухту Твермине, у основания полуострова Гангут. Там Ф. М. Апраксин и узнал, что все его неспешные, в московском стиле действия не остались незамеченными шведами. Противник предполагал от русских именно таких действий и уже в апреле сосредоточил у Гангута эскадру под командованием адмирала Густава Ваттранга в составе 16 линейных кораблей (от 60 до 70 пушек), двух 16-пушечных бригантин, двух бомбардирских кораблей и восьми галер. Несмотря на то, что к русским присоединился отряд князя Голицына, положение нашего флота было крайне сложным, ведь противник располагал абсолютным преимуществом в артиллерии, так как основу русского флота составляли малые галеры — скампавеи, предназначенные прежде всего для абордажного боя и практически не имеющие пушек.

Между тем в Ревеле состоялось запланированное рандеву, и теперь на Балтике у русских было, не считая гребного флота, 16 кораблей, восемь фрегатов и шняв при 1060 орудий. Численность экипажа достигала 7000 человек. Затем в Ревель подошел и гребной отряд в составе девяти скампавей и десяти бригантин.

Одной из главных особенностей петровской системы управления было то, что она эффективно работала только в его присутствии. Апраксин, которому грозило полное окружение и уничтожение, не предпринимал практически ничего. На берегу началось строительство береговых батарей, но для них не было нужного количества пушек. Эта странная апатия, которая в отсутствие царя охватывала всех петровских приближенных, кроме Александра Даниловича Меншикова и, возможно, фельдмаршала Бориса Петровича Шереметьева, объяснялась в том числе и паническим страхом сделать что-нибудь не то, а что является правильным, часто русские себе не представляли! Как бы то ни было, задуманный план кампании был под угрозой срыва, более того, нашим грозило окружение.

Прежде всего Петр отправил 15 скампавей следить за шведскими кораблями (генерал-адмирал не сделал даже этого!). Затем Петр решил строить переволоку через полуостров, который в самой узкой части имел всего 1170 саженей. Скорее всего, русские хотели устроить шведам неприятный сюрприз, но Ваттранг узнал об этом и приказал контр-адмиралу Нильсу Эреншельду с отрядом в составе десяти судов перейти туда, где русские будут спускаться в море, а Лиллье с 14 кораблями должен был готовиться напасть на русские корабли в Твермине. Эреншельд выполнил приказ, но тут на море установился мертвый штиль.

И опять на изменение ситуации среагировал именно Петр. Он лично увидел со сторожевого поста выход отряда Лиллье и, не зная, куда швед пошел, помчался к Апраксину. Положение русских было абсолютно безнадежно, перетащить хотя бы часть кораблей нечего было и думать, но мертвый штиль, при котором парусные шведские линкоры потеряли способность к движению, давал русским шанс. На консилиуме было решено прорываться вдоль берега, на виду у шведов, чьи парусники не могли сдвинуться с места.

Утром 26 июля 1714 года отряд капитана-командора Матвея Христофоровича Змаевича прорвался первым. Затем пошли еще 15 скампавей бригадира Лефорта. Ваттранг приказал буксировать свои корабли шлюпками, но это не помогло, и русский флот вышел в открытое море. Единственным трофеем противника стала одна скампавея, севшая на камни у берега. Можно было бы и уходить, но у Петра созрел новый план. Отряд Эреншельда был в руках у русских. Шведы стояли в узком Рилакс-фьорде, и деваться им было некуда, Змаевич и Лефорт уже пришли туда и «зажали» шведские корабли! Противники поменялись местами.

Но оставался флагман Эреншельда — фрегат «Элефант». Русские пошли в четвертую атаку. Бой продолжался уже несколько часов. В решающий момент шведы попытались взорвать флагман, но не успели, и горящий «Элефант» был захвачен. Эреншельд вручил Змаевичу шпагу. Трофеями русских стали все корабли отряда Эреншельда — фрегат «Элефант», галеры «Эрн», «Транан», «Грипен», «Лаксен», «Гаден» и три шхербота «Флюндра», «Мортан» и «Симпан». Потери шведов составили девять офицеров и 352 нижних чина человек убитыми, 350 ранеными, в плен попали 237 человек во главе с адмиралом. Эскадра Ваттранга после начала ветра грустно покинула Финский залив.

Потери русских составили восемь офицеров, 116 нижних чинов. Ранено было 342 человека, из них 17 офицеров.