Выборгское сражение

Василий Яковлевич заблокировал шведские корабли в заливе, распределив силы следующим образом: на левом фланге между Питкопасом и Крюссерортом отряды капитана 2-го ранга Кроуна (два фрегата, два катера), отряд контр-адмирала Ханыкова (сначала пять, а затем три фрегата), отряд контр-адмирала Повалишина (пять линейных кораблей и бомбардирский корабль). Кордебаталию (центр русского строя) между островом Рондо и банкой Репье занимали главные силы флота — 18 линейных кораблей и шесть фрегатов под командованием самого Чичагова. На правом фланге, между островами Рондо и Пейсари, находился отряд капитан-бригадира Лежнева (четыре линейных корабля, один бомбардирский корабль, один гребной фрегат и два брандера).

С 9 по 20 июня в заливе произошел целый ряд мелких стычек. Так, 10 июня отряд Кроуна в составе фрегата «Венус» и четырех катеров атаковал у Питкопаса восемь шведских гребных судов. В итоге четыре судна были захвачены, одно сожжено сами шведами, остальные отступили в глубь залива.

Интересные события происходили и снаружи кольца блокады шведского флота. 21 июня эскадра Нассау-Зигена в составе 89 судов атаковала в Бьёркезунде шведскую гребную флотилию, на которой, как выяснилось, находился сам шведский король Густав III, который лично пришел выручать свой флот. После упорного боя, продолжавшегося всю ночь, шведы отступили, потеряв при этом одну галеру, три канонерские лодки и яхту. Нассау-Зиген потерял одну шхуну и 150 человек убитыми и ранеными. Казалось, все это вместе должно было показать флагману русского флота, что шведы явно готовят прорыв. Но Василием Яковлевичем Чичаговым овладела странная апатия, и он упрямо бездействовал. Ничего он не предпринял даже тогда, когда 20 июня перебежчик сообщил ему, что боеспособность шведских сил восстановлена, но противник испытывает острую нехватку продовольствия и питьевой воды, поэтому прорыв начнется сегодня-завтра! Адмирал спокойно выслушал информацию и ничего не предпринял.

Между тем в ночь на 22 июня шведская гребная флотилии вышла из Бьеркезунда и атаковала блокирующий отряд Лежнева. 80 канонерских лодок открыли огонь и предприняли попытку прорыва к четырем линейным кораблям! Стало ясно, что это не что иное, как попытка связать отряд Лежнева боем, чтобы он не попытался помочь самому слабому звену в русской блокадной цепи — отрядам Ханыкова и Повалишина, к которым уже выдвигались в линии кильватера главные силы шведов.

Около 6 часов утра 22 июня шведы открыли огонь по русским кораблям. Противник был на-ветре, что не только повышало возможность маневрирования, но и сносило на русских пороховой дым, и артиллеристы русских кораблей не видели цели. Среди шведских линкоров двигались несколько брандеров, готовых сцепиться с русскими кораблями. Повалишин впоследствии докладывал императрице:

Как видим, описание Иллариона Афанасьевича выглядит достаточно оптимистично, как и должен выглядеть доклад государыне, но на самом деле положение его отряда было более чем серьезным — корабли получили основательные повреждения.

Но где же главные силы? Чичагов оставался на месте и только через час боя направил сикурс (вспоможение) — отряд контр-адмирала Мусина-Пушкина, но он уже безнадежно опоздал — большая часть шведского флота, включая и многочисленные транспорты, ускользнула из залива. Главные силы русского флота снялись с якоря только в десятом часу, Чичагов предпринял погоню, но было уже поздно! Вообще действия Василия Яковлевича не поддаются пониманию. Когда фрегат «Венус» под командой капитана 2-го ранга Романа Васильевича Кроуна ворвался в строй отступающих шведских гребных судов и открыл такую яростную пальбу картечью, что шведы один за другим стали спускать флаги, Чичагов приказ Кроуну вернуться к флоту, и не поверившие своему счастью шведы благополучно уплыли!

Шведы добрались до Свеаборга, при этом в преследовании опять отличился бесстрашный «Венус», вместе с линейным кораблем «Изяслав» захватив почти у самого порта шведский линейный корабль «Ретвизан». Еще одним русским трофеем стал контр-адмиральский флагман шведов «София-Магдалена». Общие же потери противника при прорыве составили 64 судна, из них семь линейных кораблей (из 21), три фрегата (из семи), шесть катеров, пять галет, 21 канонерская лодка и 16 транспортов. Потери шведов составили 5000 убитых и 3000 пленных. С нашей стороны потерь в кораблях не было, погибли 117 и были ранены 164 русских моряка. Но шведский флот все-таки ушел!